26.12.2014

We Need to Talk About Kevin (Цена нелюбви) — Лайонел Шрайвер.

«Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему.»
Лев Толстой, «Анна Каренина».

«Ад — это другие.»
Жан-Поль Сартр, «За закрытыми дверями».

«Orderliness easily slides to conformity over time.»
Lionel Shriver, «We need to talk about Kevin».

После прочтения книги Лайонел Шрайвер «We need to talk about Kevin», которую на русский перевели совершенно по-дурацки как «Цена нелюбви», я чувствовала себя примерно так:
И причин тому несколько.
Начну издалека. Для меня было и остаётся загадкой, зачем людям читать триллеры, того же Кинга,  и смотреть ужастики, если можно просто оглядеться вокруг. И не скользнуть привычно взглядом, сводя работу мозга к перебиранию накопленных стереотипов, а действительно присмотреться к людям поблизости. Идеальный объект наблюдений — это семья. Шрайвер выбрала семью как полигон своих писательских действий, и не ошиблась. Это прекрасное поле для острых наблюдений и сардонически-депрессивных выводов о природе человека. Что может быть более пугающим, чем идеальная, обычная и образцовая с виду семья? Самые страшные как раз те, в которых «сор» не вынесен из избы, а спрятан по углам и тщательно охраняется. Такую семью Шрайвер и описала.

Главная героиня, она же мать, от лица которой ведётся повествование, иммигрант во втором поколении. Как все американцы, презирает других американцев. Обожает подмечать тонкие детали, которые обычные люди стараются помещать в слепую зону. Причем не только в других, но и у себя. Она объездила весь мир и придумала новый формат путеводителей, обладает недюжинным кругозором и всегда мечтала о верном, любящем муже. Несколько неудачных романов, и она встречает по работе Франклина. Поначалу всё идёт прекрасно, они встречаются с друзьями, живут в Нью-Йорке, женятся, оба занимаются любимым делом и их всё устраивает. Пока Ева не решает, что им пора завести ребёнка. Или не решает. Она до конца не уверена, хочет ли вообще его. 

Ребёнком оказывается Кевин. Сразу после его рождения Еву ждёт разочарование — вот он, её первенец, лежит у её груди, но где трепет, где волны любви, где тот восторг и экстаз, которые ей описывали все её детные знакомые? Пустышка. Ничего не изменилось. Мир не перевернулся. Доктора заботливо подкидывают диагноз «послеродовая депрессия», как спасательный круг. Франклин же с самого начала искренне проявляет себя как заботливый и нежный отец. Кевин доводит Еву до белого каления сначала беспрерывным плачем, потом мелкими пакостями — казалось бы, на что способен милый младенец? Оказывается, на очень многое.

Постепенно ком разочарований в сыне растёт, и Ева уже не может сдерживать своего к нему отвращения. Франклин не понимает её и сын служит причиной конфлитов, по сути разделяя родителей. 

По ходу чтения у меня возникали вопросы. Почему Франклин упорно считает сына нормальным, когда факты говорят о том, что он циничный и расчётливый социопат? Почему он так ожесточённо спорит с Евой, когда та пытается «поговорить о Кевине» (см. название книги)? Это может показаться нереалистичным на первый взгляд. Но при ближайшем рассмотрении становится ясно, что Франклин понимал, но не хотел видеть правду. Он создавал иллюзию американской мечты, старательно заметая сор туда, где его не видно. Как существуют семьи, в которых бьют и мучают детей годами? Потому что члены семьи не хотят видеть и не видят неудобных фактов. Человеческое зрение избирательно. 

Всю книгу Еву будет мучать вопрос, не стала ли её холодность и отдаление причиной трагедии. Той самой, которая главная Трагедия. Это не спойлер,  автор на первых страницах, не стесняясь, вываливает читателю почти все детали. Кевин, за три дня до своего 16-тилетия, приходит в школу и убивает семерых одноклассников, учителя и работника столовой. Книга написана в формате писем Евы мужу, она рассказывает о своём быте, визитах к сыну в тюрьму и о том, что произошло — с её точки зрения. Один из привычных форматов — переписка — прекрасно сработал у Шрайвер. Я читала на английском, как и многие другие книги, и мне было нелегко; приходилось через страницу заглядывать в словарь, и, как в отзывах пишут сами американцы, «I have trouble believing that an ordinary reader made it through this novel without a dictionary in hand.» На мой взгляд, это не недостаток, а достоинство книги, я давно не получала такого удовольствия от языка и чтения. Мой запас цитат пополнился на много страниц. 
Если посмотреть на персонажей, то уже их имена достойны внимания. Автор явно не подбирала их в случайном генераторе имён. Ева отсылает нас к библейской тёзке. Франклин — к двум американским президентам (Франклин Пирс, Франклин Делано Рузвельт и, вероятно, Беджамин Франклин). Ведь он патриот и американец до мозга костей, над чем не устаёт насмехаться Ева. Селия (Celia) — их второй ребёнок, означает «рай» («небеса») или «слепая». Кевин, и здесь я не могу не видеть сардоническую усмешку автора, значит «красивый», «нежный». Персонажи не то чтобы реалистичные, они живые! Я восхищаюсь мастерством Шрайвер, которое породило этот реальный мир. И, как и в любой гениальной книге, каждый читатель увидит своё. Кто-то будет винить Еву, кто-то Франклина, кто-то гены, кто-то скажет «так не бывает!», кто-то посчитает самоанализ пустой тратой времени. 

Я лишь хочу сказать, что автор поистине гений. Если русскую душу объяснял Толстой, то американскую душу раскрывает Шрайвер.
За книгу автору вручили награду Orange Prize, в 2011-м году был снят одноименный фильм.


«Цена нелюбви», Лайонел Шрайвер. «We Need to Talk About Kevin», Lionel Shriver.
Купить книгу на Озоне | в Лабиринте | Купить книгу для Kindle
Купить книгу на английском с бесплатной доставкой:
Buy This Book from Book Depository, Free Delivery World Wide

Мой рейтинг: 10 из 10.

Комментариев нет:

Отправка комментария