17.11.2014

Колосс Маруссийский — Генри Миллер.

Боги были соизмеримы с человеком: их создал человеческий дух. Во Франции, как повсюду в Западном мире, эта связь между человеческим и божественным разорвана. Скептицизм и паралич, порожденные этим разрывом, изменившим самую природу человека, объясняют причину неизбежного крушения нашей нынешней цивилизации. Если люди перестают верить, что когда-нибудь станут богами, они непременно станут червями.
Генри Миллер, «Колосс Маруссийский».
Генри Миллер известен своими скандальными книгами о сексе. Читателю, который знаком с Миллером по «Тропику Рака» и «Сексусу», «Колосс Маруссийский» покажется будто бы книгой другого писателя. О сексе здесь нет ни слова, о любви, может быть, пара слов, о женщинах — пол-абзаца. Греция, Греция, Греция — вот что заполняет каждую страницу «Колосса».
Генри Миллер на греческом острове Гидра в 1939 г. Источник фото: ellopos.org
Живший до этого в Париже, Миллер чувствовал, что что-то неуловимо изменилось, и устраивавший его ранее порядок его хаотической жизни перестал ему подходить. Чтобы сменить обстановку, Миллер решил предпринять длительное путешествие в Грецию. Плюсом к этому, он дал самому себе обещание не писать один год. Ни книг, ни статей, ни зарисовок — отдых! Отдых, которого у Миллера еще никогда не было. Да и какой отдых возможен у человека, у которого нет денег и работы? Как написал он в 1934 году:
У меня ни работы, ни сбережений, ни надежд. Я самый счастливый человек в мире.
В Грецию Миллера давно звал его давний друг Лоуренс Даррелл — писатель, брат Джеральда Даррелла. Он там обосновался на Корфу и мог приглашать к себе знакомых совершенно спокойно. Итак, Миллер пакует чемоданы (с одеждой, но без денег, ведь у него есть друзья) и садится на пароход.

Уже на пароходе начинается знакомство Миллера с греками. И с первого же раза они ему нравятся — их страсть к спорам, щедрость, доброжелательность, всего этого во Франции ему не хватало. Почти сразу по прибытии в Афины Миллер плывёт на остров Корфу на пароходе, который не идёт через Коринфский канал, а обплывает почти весь полуостров Пелопоннес, с остановкой в Патре. Неточно, но могу предположить, что маршрут выглядел примерно так:
На Корфу Миллер купается, загорает и отдыхает с Дарреллом и его женой. Потом его маршрут становится путаным, он курсирует между Корфу и Афинами, пока наконец не начинает своё путешествие по полуострову Пелопоннес. Здесь началась самая интересная для меня часть книги. Недавно я тоже путешествовала по Греции, правда, не так долго и без такого размаха, как Миллер, но тоже имела удовольствие пообщаться с греками, и даже подружиться с некоторыми из них. И, конечно, очень и очень захватывает сопоставлять мои впечатления от городов, античных достопримечательностей с впечатлениями автора. 

По сути формат «Колосса Маррусийского» — это тревелог, дневник о путешествии, с впечатлениями и зарисовками. Ожидать захватывающего сюжета не стоит, как и обычно, впрочем, у Миллера. Забавные сценки, перемежающиеся передвижениями автора из одной точки в другую — вот краткая суть книги. Казалось бы, что здесь увлекательного? Но в «Колоссе» Миллер раскрывает свою душу, рассуждает о жизни, о людях. Читая его, мне кажется, будто это мои мысли. Я во многом с ним согласна. Книгу можно разобрать на цитаты и делать демотиваторы с котятками, их хватит не на один десяток лет.
Прилетают самолеты, берут тебя за задницу, поднимают в воздух и выплевывают где-нибудь в Багдаде, Самарканде, Белуджистане, Фесе, Тимбукту, так далеко, насколько у тебя достанет денег. Ныне все эти некогда непостижимые места, одни названия которых завораживают, — плавучие островки в бурном море цивилизации. Ныне это такой же привычный товар, как каучук, олово, перец, кофе, карборунд и так далее. Их жители — это изгои, эксплуатируемые спрутом, чьи щупальца тянутся из Лондона, Парижа, Берлина, Токио, Нью-Йорка, Чикаго до ледяных берегов Исландии и диких просторов Патагонии. Свидетельства этой так называемой цивилизации беспорядочными свалками разбросаны повсюду, куда простираются длинные, скользкие щупальца. По-настоящему никто не стал цивилизованней, ничто не изменилось. Кто-то пользуется ножом и вилкой, вместо того чтобы есть руками; у кого-то в лачуге электричество заменило керосиновую лампу или свечу; у кого-то на полке вместо прежних ружья или мушкета теперь лежат каталоги Сирса-Робака и Священное Писание; кто-то вместо дубины вооружился матово поблескивающим автоматическим револьвером; кто-то расплачивается не раковинами, а деньгами; кто-то обзавелся соломенной шляпой, которая ему ни к чему; у кого-то теперь есть Иисус Христос, а что с Ним делать, он не знает. Но все они — от тех, кто наверху, до тех, кто на дне, — не ведают покоя, удовлетворения, все завистливы и больны душой. Все страдают раком, проказой, сердечной тоской. Самым темным и дебильным предлагают взять в руки винтовку и пойти сражаться за цивилизацию, которая не дала им ничего, кроме страданий и деградации. На языке, которого они не в состоянии понять, громкоговоритель выкрикивает страшные новости о победе и поражении. Это безумный мир, и стоит взглянуть на него лишь немного беспристрастней, он кажется даже еще безумней, чем обычно.
Однако дочитав книгу, у меня возникла пара вопросов. Миллер производит впечатление позёра, который пишет то, что чувствует именно в данный момент, в эту секунду. Парой лет позже, да даже секундой позже, он уже может считать коренным образом иначе и действовать вопреки своим словам. Для начала, по пути в Микены Миллер со своим спутником Кацимбалисом встретили маленького мальчика, который плакал из-за трёх драхм. Их украла у него сестра. И что же делает человек, который жил в нищете почти всю свою жизнь, а ужинать ходил по расписанию к друзьям, потому что у него не было ни су, чтобы купить себе хлеба? Он пишет:
Деньги, деньги... Даже здесь существовала такая вещь, как деньги. Никогда еще слово «деньги» не казалось мне столь нелепым. Как можно думать о такой вещи в этом мире ужаса, красоты и волшебства? Если бы он потерял осла или попугая, я бы еще мог понять. Но три драхмы... я даже представить не мог такой ничтожной суммы, как три драхмы. Не мог поверить, что он плачет. Это была галлюцинация. Пусть стоит там и плачет — дух снова явится и унесет его; он не от мира сего, он аномалия.
Мораль сего опуса предлагаю читателю вынести самому, однако меня это порядком покоробило. Продолжив моё исследование, я также выяснила, что после написания книги Миллер переехал жить в Америку, и там и остался. Чем это меня шокирует? Позвольте цитату автора:
Прогресс был их навязчивой идеей. Больше машин, больше производительности, больше капитала, больше благ — ни о чем другом они не говорили. Я спросил, слыхали ли они, что в Америке миллионы безработных. Они оставили вопрос без внимания. Я спросил, понимают ли они, насколько пуста, беспокойна и ничтожна жизнь американцев со всеми их благами и роскошью, произведенными с помощью машин. Они остались глухи к моему сарказму. <...>Без денег жить невозможно: нужно иметь одежду, хороший дом, радио, автомобиль, теннисную ракетку и прочее, и прочее. Я сказал им, что ничего из этого у меня нет и тем не менее я счастлив, что порвал с Америкой, как раз потому, что все эти вещи ничего для меня не значат.
Подобного рода рассуждениями книга полна. Возникает резонный вопрос, что же подтолкнуло Миллера, так ненавидящего свою родину, всё-таки вернуться туда, сразу после греческого путешествия? Ответ прост: война. Как раз после 1940-го года путешествовать было бы несколько затруднительно, ведь именно в 1940-м году, 28-го октября, Иоаннис Метаксас отказал в проходе в Грецию итальянским войскам Муссолини. По сути, после этого Греция вступила во Вторую мировую войну. Не правда ли, удачно совпало, что с американским паспортом Миллер смог пересечь океан и спокойно жить в собственном доме в живописном местечке Биг-Сур (Калифорния)? Его, конечно, перед этим «попросило» покинуть Грецию посольство, но тем не менее.

Читатель отзыва, возможно, задаётся вопросом, почему это так важно и, в конце концов, когда я напишу, как обычно, просто отзыв на книгу?

Дело в том, что Генри Миллер — мой кумир с давних пор. Ещё в старших классах школы я случайно нашла в книжном «Тропик рака», с которого всё и началось. Эпатажные пассажи о любви, сексе, продажности общества и ничтожности людей — что может привлечь подростка сильней? Однако полезно вспоминать, что реальный человек и герой в книге, пусть и с автобиографическими вставками, это разные личности.

Могу ли я сказать, что разочаровалась в Миллере после «Колосса Маруссийского»? Отчасти. Тем не менее, считаю, что ценности книги это не умаляет. Тонкие наблюдения за людьми, прекрасные, порой больше похожие на галлюцинации, описания природы и развалин, отточенный язык — всё это, как и всегда в книгах Миллера, есть в «Колоссе». Просто тут чуть больше привязки к реальности, чем в других книгах. А описание Миллером амфитеатра Эпидавра — это просто одна большая цитата, но в формат отзыва она уже не помещается. Рекомендую к прочтению, особенно любителям Греции (и Генри Миллера).
Фотография Эпидавра из моего путешествия по Греции, октябрь 2014.


«Колосс Маруссийский», Генри Миллер. «The Colossus of Maroussi», Henry Miller.
Купить книгу на Озоне | в Лабиринте | Купить электронную книгу на английском на Амазоне.
Мой рейтинг: 9 из 10.

Комментариев нет:

Отправка комментария