19.06.2014

Муравей в стеклянной банке. Чеченские дневники 1994-2004 гг. — Полина Жеребцова.

"Привет, Дневник! Живу я в городе Грозном на улице Заветы Ильича. Зовут меня Полина Жеребцова. Мне 9 лет."

Дневник Полины Жеребцовой — это дневник девочки из Чечни. Все чеченские войны Полина прожила в Грозном, в эпицентре боевых действий. Дневник показывает, что видела вокруг себя Полина с 1994 по 2004 год. Полина родилась в 1985 году и дневник начала вести в 9 лет. Почти каждый день в самых разных условиях она записывала, чтобы помнить, чтобы не потерять, а когда повзрослела, и чтобы потом показать другим правду, ее правду.
Это издание дневников Полины Жеребцовой — самое полное. До этого выходили отрывки из дневника за 1999-2002 года, но издательство Corpus выпустило все дневники в одной книге. Это 600 с лишним страниц ада, боли, крови, голода и беспровестности, а вместе с этим надежды, любви, стремлений, мечтаний.
Я делала перерывы, выходила на улицу подышать свежим воздухом, посмотреть на хмурое московское небо и поблагодарить кого-то, пока не разобралась кого именно, за то, что с этого невзрачного неба не сыпятся бомбы, а установка Град не превращает город в руины.
Читать дневники очень тяжело. Это не художественное произведение и оно не писалось для увеселения или развлечения. Это жизнь, какой она была для девочки с русской фамилией в чеченском городе.
До войны Полина с мамой живут бедно. Но после начала войны просто бедная жизнь становится выживанием и каждодневным поиском ответа на вопрос "Куплю ли я сегодня еды?".
"Дедушка в больнице. Я боюсь, когда бомбят. Я и мама продаем газеты. Они плохо продаются. Один раз я даже просила милостыню с мамой, один раз сама. Руку протягивать не стыдно, стыдно смотреть на людей." 
Обстреливали больницу и последний мужчина в семье, дедушка Анатолий, умер в больнице. И лежал там семь дней, Полина с мамой не могли дойти до больницы из-за обстрелов.  Чуть позже Полина запишет, что в центре города в дом попала бомба, а в доме жили старики, и достать их никто не мог, и они умирали три дня, и снаружи все было слышно, а помочь никто не мог.
"Сразу погибнуть, наверное, не так страшно, страшно лежать в завалах и мучительно умирать. Я помню, так умирали русские старики в 1994 году в центре Грозного. Не было техники разгрести бетонные плиты. Их дом разбомбил самолет, а они были на верхних этажах и оказались внутри завала. Люди разных национальностей тогда приходили, плакали у этой горы плит, слыша их стоны. Так прошло несколько дней. А потом все стихло. Это очень страшная смерть."
Уехать из Грозного у Полины с матерью не получилось. За продажу квартиры им давали копейки, которых хватило бы только на дорогу до ближайшего села в Ставропольском крае, а что делать там? Жить на улице? Да и знакомые Полины, которые рисковали уехать, зачастую возвращались с рассказами о том, что автобусы с беженцами расстреливают и спасаются единицы, и то случайно.
Цитировать дневник можно бесконечно. Все, что записала Полина, ужасает. Меня поразила ее целеустремленность — находясь во всем этом, она перечитывает обширную библиотеку дедушки Анатолия. Эти же книги потом Полина с мамой будут продавать на рынке за гроши, лишь бы купить кильки с макаронами на ужин. Ценные фолианты, дореволюционные издания, все это утрачено в войне.
Полину спасало чтение, ее дневник, еще она училась йоге по книгам, училась технике дыхания. Каждый день она вставала в 5 утра, чтобы позаниматься йогой, пока ее не нагрузили делами по дому.


Источник фото: corpus.ru

21 октября 1999 года Полина будет торговать на Центральном рынке в Грозном, как она это делает почти каждый день с 9 лет. Если бы она только знала, что в этот день по Грозному ударит ракета “Земля-Земля” с кассетными боевыми частями”, по самому сердцу города — рынку. Полине повезло, она была не в эпицентре взрыва и "легко" отделалась — несколько осколков ракеты в ноге будут ее мучать еще долго. В этот же день ракеты ударили еще по роддому и по мечети.
Зубы у Полины и ее мамы начнут шататься, а потом и выпадать из-за неправильного, а зачастую и отсутствующего питания. После обстрелов пол в их квартире на первом этаже провалился до уровня подвала. Из-за холода и сырости в квартире у Полины будут болеть и опухать суставы, будет ныть спина. Не только еды не было, но и с водой были большие сложности, им приходилось пить воду сомнительного качества. Однажды Полина запишет:
“В пожарном колодце с водой плавает дохлая кошка, но воду пили, и ничего. Никто не отказался и никто не заболел. Живы. Сейчас чаще топим снег и пьем. Только с ведра снега – стакан воды.”
Перечислять все ужасы войны, которые девочка, а потом и девушка, записывала скрупулезно в дневник, можно долго. Я проводила параллели и вспомнила, где я была и что я делала в этом году в это время, ведь я немного младше Полины Жеребцовой. Я думала, а что, если бы это я была на ее месте, мы ведь не выбираем место рождения. Достаточно было родиться в Грозном в 1985 году, и остаться там.
Хочется закончить мой отзыв на какой-то позитивной ноте, но это очень сложно. Чтение Дневников отняло у меня порядка двух недель, хотя я быстро читаю. Но этот текст очень сложно читать, очень тяжело, очень грустно. Полине удалось уехать в Москву, помог ей в частности фонд Солженицына. Но в Москве ей угрожали из-за дневников, в том числе по телефону. А позитивная нота все же есть, вот она: в 2012 году Полина успешно просила политическое убежище в Финляндии и сейчас живет там со своим мужем. Можно подписаться на ее Facebook.

"Муравей в стеклянной банке. Чеченские дневники 1994-2004 гг.", Полина Жеребцова.
Купить бумажную книгу на Озоне | в Лабиринте |купить электронную книгу на ЛитРес.
Рейтинг: 10 из 10.

Комментариев нет:

Отправка комментария