28.08.2015

Двадцать писем к другу — Светлана Аллилуева.

Случайно обнаружила, что не читала книгу воспоминаний единственной дочери Сталина о, собственно, Сталине. Решила это исправить.
Светлана Аллилуева — дочь Сталина от его второй жены, Надежды Сергеевны Аллилуевой. Далее необходимы некоторые исторические ремарки для лучшего понимания контекста и характера вождя великой страны, который, как мы увидим, любил молоденьких вне зависимости от своего собственного возраста.
Молодой хипстаСталин. Даже не надо фильтр в Инстаграме выбирать. 
Первой женой Сталина была Сванидзе Екатерина Семёновна, которая трагически погибла то ли от брюшного тифа, то ли от туберкулёза, оставив на попечение мужа восьмимесячного младенца Якова. Иосиф Виссарионович (далее И.В.) сына предпочел скинуть тёще, то бишь матери Екатерины, и дальше ковать судьбу пролетариата. На момент заключения брака его избраннице был 21 год.

С Надеждой Аллилуевой И.В. познакомился, когда та была ещё школьницей. И.В. был старше жены на 23 года, которая была, соответственно, 17-ти лет от роду.
Надежда Аллилуева от Сталина родила двоих детей: Василия в 1921-м году и Светлану в 1926-м. В 1932-м году Надежда застрелилась дома из пистолета, когда муж пировал на очередном партийном банкете.

«Двадцать писем к другу» Светлана опубликовала спустя год после удачного побега на прогнивающий Запад, то есть в США, в 1967-м году. В СССР она оставила взрослого сына от первого брака, Иосифа, и дочь от второго брака, Екатерину, 6-ти лет от роду. Книга была написана ещё в Союзе, но опубликовать её дома, естественно, было тогда невозможно.

Книга небольшая, меньше двухсот страниц. Читается быстро. Начинается со дня смерти Сталина, а потом уже автор вспоминает детство, мать, школу и т. д. Когда я бралась за книгу, у меня были определённые ожидания, которые было любопытно проверить. Как можно писать о Сталине, будучи его дочерью, то есть прямым потомком, носительницей генов того, кто так много сделал для нашей страны. Мои ожидания вполне себе оправдались. Позиция Светланы: отец был доверчивый, при должном подходе поддавался манипулированию и убеждению. Она, как дочь, не могла сказать себе «Мой отец был монстром», даже после его смерти, и выбрала стратегию «его охмурили». А охмурил его, по версии Светланы, Лаврентий Палыч Берия. При том что в СССР был, напомню, культ личности. И не Берии, а Сталина. То есть вполне себе Сталин принимал единоличные решения давать ли добро на то или на это. Разумеется, он единолично каждый приговор не читал, но систему выстроил именно он. И будучи взрослым, дееспособным человеком именно он ответственен за свои решения. А никак не Берия, которому, конечно, было выгодно иметь влияние на отца народов, но должны же быть границы оправданию?
Вскоре арестовали и дядю Алешу с тетей Марусей. Как это могло случиться? Как это мог отец? Я знаю лишь одно: он не смог бы додуматься до этого сам. Но если ему это хитро и тонко подсказали, если ему лукавый и льстивый человек (каковым был Берия) нашептал, что «эти люди — против», что «есть материалы, компрометирующие их», что были «опасные связи», поездки за границу и т. п., то отец мог поверить. Я еще напишу отдельно о том, как ужасно опустошен был он, как разбит духовно смертью мамы и смертью Кирова. Он перестал верить в людей; может быть, он всегда не очень-то им верил. Его можно было переубедить. Ему можно было внушить, что этот человек — не хороший, как мы думали о нем много лет, нет, он — дурной, он лишь казался хорошим, а на деле он враг, он противник, он говорил о вас дурно, и вот материалы, вот факты, X и Z «показали» на него.
Надо понимать, что «Двадцать писем» никак не аналитическая, объективная работа. Это не жизнеописание Сталина, его семьи, родственников или быта. Это субъективный взгляд непосредственного участника событий, а он, что логично, не может быть отстранённым взглядом наблюдателя. Как может быть объективным взгляд дочери, чью мать довели до суицида (и вдобавок ещё это от неё скрывали)?
<...> мама оставила ему письмо. Очевидно, она написала его ночью. Я никогда, разумеется, его не видела. Его, наверное, тут же уничтожили, но оно было, об этом мне говорили те, кто его видел. Оно было ужасным. Оно было полно обвинений и упреков. Это было не просто личное письмо; это было письмо отчасти политическое. И, прочитав его, отец мог думать, что мама только для видимости была рядом с ним, а на самом деле шла где-то рядом с оппозицией тех лет. Он был потрясен этим и разг неван и, когда пришел прощаться на гражданскую панихиду, то, подойдя на минуту к гробу, вдруг оттолкнул его от себя руками и, повернувшись, ушел прочь. И на похороны он не пошел. 
Читать книгу любопытно именно чтобы проникнуться атмосферой, узнать детали, дополнить сухой текст исследовательских книг бытовыми деталями.

Книгу к прочтению советую, но рекомендую не воспринимать как объективный и достоверный источник информации. Это мемуары, а не исследовательская работа. Причём мемуары не прислуги или партийного товарища, а дочери Сталина. Это означает субъективность и ещё раз субъективность. А также попытки автора справиться с детскими обидами на отца, сколько бы лет автору ни было.
«А я люблю его!» — сказала, наконец, я, обретя дар речи. «Любишь!» — выкрикнул отец с невыразимой злостью к самому этому слову — и я получила две пощечины, — впервые в своей жизни. «Подумайте, няня, до чего она дошла!» — он не мог больше сдерживаться, — «Идет такая война, а она занята….!» и он произнес грубые мужицкие слова, — других слов он не находил… <...> И, взглянув на меня, произнес то, что сразило меня наповал: «Ты бы посмотрела на себя — кому ты нужна?! У него кругом бабы, дура!»
Для читающих на английском советую любопытную, короткую и крайне ёмкую статью New York Times  в которой в принципе пересказано краткое содержание книги и помимо этого даны другие важные факты.

«Двадцать писем к другу», Светлана Аллилуева.
Мой рейтинг: 7 из 10.
Купить на Озоне.

19.08.2015

Luckiest Girl Alive — Jessica Knoll.

Есть книги, которые обречены на массовую популярность, и, почти сразу после выхода, на экранизацию. «Hunger Games» («Голодные игры»), «The Fault in Our Stars» («Виноваты звёзды»), «Gone Girl» («Исчезнувшая») из недавнего. Объект данного отзыва продолжает этот ряд суперпопулярных книг, затем экранизированных.
Джессика Нолл, несколько лет проработав в журнале Cosmopolitan, в том числе старшим редактором, вынашивала идею своей книги с 28-ми лет, и год назад смогла наконец найти время написать её. Сейчас Нолл 31 год, она живёт в Нью-Йорке, замужем и не может поверить в успех своей книги, «Luckiest Girl Alive». Риз Уизерспун выкупила права на экранизацию ещё до выхода книги. Книга находится в первом десятке списка бестселлеров New York Times, как и в iBooks. Словом, это успех. Мой вердикт: не всё так однозначно.

Сюжет.
Главная героиня книги, TifAni FaNelli (да, акценты расставлены верно, имя читается как ТифАни), успешная молодая девушка 28-ми лет, пишет статьи о сексе в женском гламурном журнале, живёт в Нью-Йорке, соответствует современному стандарту сексуальности, имеет развитые молочные железы, носит на левой руке помолвочное кольцо с гигантским драгоценным камнем, которое ей преподнёс невероятно богатый, красивый, молодой банкир «аристократического» происхождения, то есть её жених, Люк (Luke). Её слоган: «Never fu*k with a rich white b*tch and her white jeans». Сюжет же заключается в том, что у Ани, как она просит себя называть сейчас, есть Тайна, уходящая своими корнями в школьное прошлое. И эта Тайна всплывает, когда об Ани начинают снимать документальный фильм с её участием. Это повод, который позволяет автору переносить читателя из настоящего (Нью-Йорк, Ани 28 лет), в прошлое — ТифАни учится в школе, ей 14 лет. Больше о сюжете писать я не могу, потому что можно случайно выболтать спойлеры.

Начнём разбор с того, что сама Нолл признаёт, что вдохновением для «Luckiest Girl Alive» стали книги Гиллиан Флинн. Собственно на обложку вынесена цитата со сравнением этой книги и книг Флинн. В аннотации тоже читателей завлекают тем, что якобы раз вы читали «Исчезнувшую», не проходите мимо!

Я с этим постулатом не согласна. Флинн можно читать и без особого знания американской культуры, и спустя лет 15 новое поколение возьмёт её книгу/книги в руки и поймёт, о чём идёт речь, потому что она поднимает универсальные темы: семья, любовь, ненависть, «любовная лодка разбилась о быт», нарциссичные родители, детские травмы.

Нолл же слишком много внимания уделяет внешнему и слишком мало внутреннему. Бесконечные наблюдения ГГ (главной героини) о том, какой марки одежда надета на её коллеге, из какого материала сшиты брюки новой знакомой и сумка из коллекции какого года висит на руке у подруги утомляют. Я могу понять, почему для школьницы так важно наконец купить одежду в J. Crew, а не в Abercrombie & Fitch. Или почему свадебное платье Carolina Herrera пришлось заказывать 8-го размера, а платье Milly Ани как раз в размере 0. Что вообще эти размеры значат и почему ГГ упоминает, как Кейт Миддлтон выглядела в день свадьбы, и после этого садится на диету Дюкана. Но я же читаю художественную литературу, триллер, в конце концов, а не «Дьявол носит Prada» и даже не Vogue.

Немногим читателям эти детали будут интересны. К тому же пройдут те же 15 лет, и возможно части упомянутых брендов уже умрёт, либо будет произведен ребрендинг, и что тогда? Идти читать статью в Wikipedia, какие характеристики были присущи данному бренду в 2015-м году? Вполне достаточно описать, что подруга пришла в дизайнерском чёрном шёлковом платье, а жених спит в джинсах, без уточнения брендов. Но если убрать эту часть повествования, книга сократится процентов на 10. Я понимаю задумку автора подчеркнуть зацикленность ГГ на мелочах и внешних атрибутах успеха, но для этого было бы достаточно описать её наблюдения без упоминания марок; суть была бы ясна.

Вместо этого с гораздо большим интересом я бы почитала об отношениях ГГ с другими персонажами, с которыми в финале мы резко попрощались. Что её подтолкнуло к тому или этому решению. Словом, о психологической составляющей действий ГГ, а не о её знании марок и материалов.

Отмечу сильные стороны. Нолл поднимает важную тему, во многом до сих пор табуированную. Мне было интересно читать, как Ани справилась с произошедшим. Как окружающие обвиняли её, вместо настоящих преступников, как это часто бывает. Однако и тут есть слабое место: развитие сюжета стало понятно после первой четверти книги. То есть я понимала, что произойдёт дальше, задолго до описанного. Возможно потому, что автор так наивно делает туманные намёки, что становится загодя понятно, к чему она клонит. Скажем, в той же «Исчезнувшей» поворот сюжета в середине был совершенно неожиданным.

Ну и асоциальные мысли Ани радуют. Её ремарки о Люке, о её матери, обо всём окружающем местами забавны, но по большей части правдивы и напоминают что-то виденное недавно. Если бы их было больше, а обсуждений одежды меньше, то книга вышла бы гораздо лучше.
No man feels very much compelled to rip your clothes off after you inform him, b*tchily, that he left one lone turd floating in the toilet.
Ани продукт системы, в которой она работает. Она может презирать систему, ненавидеть её. Но факт тот, что система уже вылепила её и придала личности Ани форму. Возможно, травма, нанесённая ей в детстве одноклассниками и заставила её стремиться к лучшему (в её понимании), и усиленно строить карьеру. Получить одобрение большинства. Стать conventionally successful. С женихом-банкиром, огромным бриллиантом на безымянном пальце, фантастической работой. Только от прошлого не убежишь, сколько бы атрибутов успеха на себя человек на навесил. Пока с этим самым прошлым не разберёшься, тем или иным образом, походом ли к психологу или курсами по саморазвитию, внешняя шелуха не заполнит внутреннюю пустоту.

Вердикт:
неплохая книга, чтобы убить время; ожидать чего-то особенного не стоит. Пока что книги на русском нет, но так как экранизация уже запланирована, то и перевод себя не заставит ждать. Информацию буду обновлять.

Luckiest Girl Alive, Jessica Knoll.
Купить на Амазоне.
Мой рейтинг: 4 из 10.

07.08.2015

Selfish, Shallow, and Self-Absorbed: Sixteen Writers on Their Decision Not To Have Kids.

It is true, and should be recognized, that women can be fulfilled with or without children, that you can most definitely have enough without having everything.
Jeanne Safer, «Beyond Beyond Motherhood».
Это странное нечто с самым длинным названием за всю историю блога и без указания автора — сборник эссе 16-ти писателей, размышляющих на тему почему они отказались заводить детей.
Название можно вольно перевести как «Эгоистичные, пустые и самовлюблённые: шестнадцать писателей о своём решении не иметь детей». Перевод на русский на данный момент не издан (и вряд ли будет).

Стоит отметить, что большинство писателей мне незнакомо. А если быть более точной, то писательниц, поскольку преобладающее большинство авторов в книге женского пола. Из шестнадцати человек лишь трое мужчин, ну а все остальные, как несложно догадаться, женщины. Уже из этого можно сделать какой-то многозначительный вывод, но самое простое объяснение обычно правильное, а для меня самое простое такому гендерному преобладанию объяснение — это разница в социальном давлении на женщин и мужчин в вопросе репродукции. Над женщинами довлеет обязательство хотя бы раз использовать свою матку по якобы главному назначению, то есть выносить и родить ребёнка, и чем раньше, тем лучше. Над мужчинами вроде бы тоже что-то довлеет, но это что-то настолько эфемерно, что многие из них с радостью откладывают вопрос детей до возраста после 30 (несмотря на научные свидетельства о том, что вероятность мужчины зачать ребёнка с шизофренией и аутизмом увеличивается с каждым годом как раз после тридцатилетия). Тем временем, у нас в стране девушкам 25-ти лет специалисты на букву «г» ласково советуют «задуматься», а тех, кто приближается к страшному порогу в 30 лет, начинают называть «старородящими» (я рада, если у моих читателей опыт иной, я пишу, основываясь на своём опыте и опыте моих знакомых).

Возвращаясь к знакомым нам по блогу писательницам, хочу напомнить Лайонел Шрайвер, автора романа «We Need to Talk About Kevin» или в русском переводе «Цена нелюбви».
В данном сборнике она опубликовала своё эссе под названием «Be Here Now Means Be Gone Later», в котором откровенно, и порой даже слишком, расписывает ужас будущего нашего мира. Ужас заключается в том, что  по статистике количество детей среди белого образованного населения США планомерно снижается (1.79 ребёнка на женщину за всю её жизнь), в то время как испаноговорящая женщина в США имеет в среднем 2.35 ребенка. В будущем, по подсчётам Шрайвер, это означает, что в Америке испаноговорящих жителей станет не 1 человек из 6, а каждый третий. Её эссе в целом состоит из подобных рассуждений. Шрайвер сокрушается, что в то время, как в Нигере каждая женщина рождает 7.6 детей, европейки останаливаются на 1.6. И так далее в том же духе. Мягко назвать подобные рассуждения можно антилиберальными, а если быть более точным, то расистскими, что, учитывая толерантность к различным национальностям в США, выглядит бунтарски. В приличном обществе такое если и думают, то про себя, а вслух всё же не говорят.

Все эссе в сборнике совершенно разноплановые. Многих авторов объединяет не самое удачное детство: родители-алкоголики, наркоманы и абьюзеры. Кто-то любит детей, развлекает племянников, балует приёмных дочерей. Кто-то физически не выносит крики и самодовольные лица детей, перед которыми стелятся взрослые (как английский писатель Джефф Дайер, кстати, написавший одно из самых смешных эссе во всём сборнике):
In a park, looking at smiling mothers and fathers strolling along with their adorable toddlers, I react like the pope confronted with a couple of gay men walking hand in hand: Where does it come from, this unnatural desire (to have children)?
Он же согласен с выводом, с которого я начала обзор, о давлении социума на женщин:
But whatever awkwardness it's occasioned me is nothing compared to the suffocating societal pressure that women who don't want chuldren are subjected to. <...>. At worst, we're considered selfish or immature; women who don't want to have children are regarded as unnatural, traitors to their sex, if not the species. Men who don't want kids get a dismissive eye roll, but the reaction to women who don't want them is more like: What's wrong with you?
Ни у одного автора из 16-ти нет одного простого ответа на вопрос «почему у вас нет детей?». Некоторые из них делали аборты, но не были уверены в своём решении. Некоторые хотели завести ребёнка, но их партнёр не хотел. На кого-то давили рабочие обязательства, а беременность была совсем некстати. В общем и целом, ответ на вопрос, что приводит человека к такому решению, не может быть коротким. Люди вообще рационально в вопросах размножения не очень умеют мыслить. Это касается и тех, кто завёл детей, и тех, кто от этого удовольствия отказался. Это происходит подсознательно, поэтому попытка анализа этих решений зачастую приведёт к многословным размышлениям, и хорошо ещё, если человек может свою позицию высказать. Большинство же ограничится обрывочными восклицаниями «а как иначе!» и «ну надо вообще-то».

Этим данный сборник и ценен. Писатели всё-таки люди, которые зарабатывают на жизнь свои умением донести мысль до читателя. Поэтому узнать их обоснование такому серьёзному решению мне было крайне любопытно. Во многих эссе хорошо раскрыта психология человека, отношения с родителями и матерью (не у всех, но у многих отличные). К тому же чужой опыт всегда интересен, особенно учитывая важность поднятой темы.

Selfish, Shallow, and Self-Absorbed: Sixteen Writers on Their Decision Not To Have Kids. Составитель: Meghan Daum.
Купить на Амазоне.
Мой рейтинг: 8 из 10.